Российско-турецкие отношения сегодня остаются стабильно дружественными, хотя и подвергаются серьезному испытанию сирийским кризисом и ухудшением отношений России с Западом из-за событий на Украине. Как считают российские эксперты по Турции Наталья Ульченко и Павел Шлыков, «в сегодняшнем формате отношений Москвы и Анкары ощущается достижение “пределов роста”: существующая модель сотрудничества с ее экономической доминантой во многом себя исчерпала, а потенциал кооперации по политическим вопросам остается нереализованным», при этом ситуация вокруг Сирии вывела «на новый уровень проблему дефицита доверия». Сможет ли Москва продолжить поступательное движение в отношениях с Анкарой или же существующие разногласия нанесут им значимый ущерб?

В повестке дня переговоров с Сергеем Лавровым министра иностранных дел Турции Ахмета Давутоглу, состоявшихся во время его визита в Москву в конце мая, сразу после президентских выборов на Украине одним из главных был вопрос о Крыме. Хотя Турция и не признала законности присоединения России к Крыму, турецкий министр фактически указал и на позитивную сторону этого акта. Так, Турции, в которой живет около 5 млн. потомков крымских татар, не безразлична судьба их соплеменников в Крыму, и, как сообщалось, Давутоглу намеревался высказаться в пользу того, чтобы они «воспользовались правами  автономии, как это было в то время, когда они находились под украинским управлением.» При этом было все же непонятно, о каких правах автономии  татар Крыма в составе Украины говорил турецкий мининдел.

Давутоглу подчеркнул во время визита, что Турция считает крымских татар «автохтонным населением полуострова», отметив его «мультикультурную структуру» [multi-cultural structure]. Существенным было его заявление, что «возрождение поведения холодной войны в мире и, особенно, в бассейне Черного моря не служит интересам ни одной из стран.» Турецкий министр с явным одобрением воспринял заявление Лаврова о том, что для сохранения культуры крымских татар будут открыты центры, школы и театры [“For the preservation of the Crimean Tatar culture centres, schools and theatres will be opened”]. Из высказывания Лаврова о том, что стороны оценивают проблемы Украины и Сирии на основе взаимопонимания [with mutual understanding], следовало, что разногласия остаются, но в открытую полемику выплескиваться, видимо, не будут.

Кстати, в ходе украинского кризиса как турецкие, так и российские СМИ стали обсуждать возможные претензии Анкары на Крым. Напомню, что вассал Турции – Крымское ханство – стало независимым от Порты по Кючук-Кайнарджийскому договору 1774 г., перейдя под протекторат Российской империи, а в 1783 г. Крым окончательно вошел в ее состав. Ясский мирный договор 1791 года закрепил за Россией всё Северное Причерноморье, включая Крым. В 1954 году некоторые турецкие СМИ, несмотря на оттепель в российско-турецких отношениях (в мае 1953 года Москва заявила о снятии территориальных претензий к Турции, выдвинутых после окончания Второй мировой войны), расценили состоявшуюся 19 февраля передачу Крыма руководством СССР из РСФСР в состав Украинской ССР как нарушение российско-турецких договоренностей полуторавековой давности, однако турецкие власти официально не прореагировали.