Прошло совсем немного времени после визита президента Владимира Путина в Китай, состоявшегося 20-21 мая с.г. и завершившегося подписанием около полусотни соглашений, которые открыли период беспрецедентного сближения двух государств. Скажется ли это на ситуации в регионе Ближнего Востока и, если скажется, то как?

Все говорит в пользу того, что на первую часть этого вопроса можно ответить утвердительно. Ближний Восток вроде бы не находился в фокусе переговоров двух лидеров. Однако российско-китайский консенсус по Сирии (несмотря на меньшую, по сравнению с Москвой, активность Пекина в этом вопросе), по Ирану (в рамках переговоров группы P5+1 с Тегераном по его ядерной программе), по борьбе с терроризмом и экстремизмом, созданию на Ближнем Востоке зоны, свободной от ОМУ, в осуждении внешнего вмешательства, стратегий «смены режимов» и подталкивания «цветных революций», в политике по ближневосточному урегулированию, отношении к новому египетскому режиму и суданским проблемам, при всей заметной ассиметричности интересов, видимо, позволит сторонам добиваться большей координации действий, в проведении которых они будут в большей степени учитывать интересы друг друга.

Одним из главных стратегических региональных проектов КНР в прошлом году стал проект Экономической полосы (или пояса) Великого шелкового пути и Морского шелкового пути XXI века, который нацелен на создание широкой зоны экономического присутствия Китая от его западных границ до Европы. Хотя он и не имеет целью каким либо образом нанести ущерб российским интеграционным проектам или перспективам развития ШОС, он все же может трактоваться как определенный вызов Москве. Примечательно, что проект «полосы», хотя ее границы четко не определены, явно включает в нее и государства Западной Азии.

Символично, что вскоре после переговоров с президентом Путиным, 5 июня китайский лидер открыл в Пекине 6-ю министерскую встречу Форума китайско-арабского сотрудничества. Экономика была в фокусе его выступления. Си Цзиньпин разъяснил смысл новой формулы китайско-арабского сотрудничества: «1+2+3». Это: 1 – энергетическое сотрудничество, 2 – инфраструктурное строительство и создание благоприятных условий для торговли и инвестиций, 3 – высокотехнологичные сферы: ядерная энергетика, ракетно-космический сектор и новые источники энергии. Было высказано пожелание ускорить создание зоны свободной торговли «Китай ССАГПЗ [GCC]». Но нашлось место и для политики. В частности, Председатель КНР заявил, что Китай поддерживает мирный процесс и создание независимого палестинского государства в рамках границ 4 июня 1967 года со столицей в Восточном Иерусалиме, «пользующегося полным суверенитетом».