Россия считает необходимым вернуться к коллективному формату ближневосточного урегулирования

События Арабской весны и сирийский конфликт несколько заслонили собой проблему ближневосточного урегулирования. Однако в Москве продолжают считать, что неурегулированность конфликта, в первую очередь – между палестинцами и Израилем, является одним из главных источников нестабильности в регионе.

У российской политической элиты вызывает недовольство фактический переход посредничества в мирном процессе от коллективного к двустороннему формату. «Новая челночная дипломатия» госсекретаря Керри, оттеснившая на обочину процесса других участников ближневосточного квартета посредников, в том числе такого располагающего большим потенциалом воздействия на ситуацию игрока, как Россия, по мнению  российских политиков и дипломатов, скорее всего вряд ли увенчается успехом. Слишком мало времени остается до окончания девятимесячного срока, предназначенного для того, чтобы добиться final agreement. У меня создается впечатление, что российское руководство считает возможным и необходимым – в том числе и для улучшения климата в российско-американских отношениях – перенести на ближневосточное урегулирование опыт успешного партнерского взаимодействия Москвы с Вашингтоном по ликвидации сирийского химического арсенала и организации межсирийских переговоров в Женеве, а также в диалоге группы P5+1 c Ираном.

При всем понимании потенциала США и острой заинтересованности президента Барака Обамы в достижении успеха в ближневосточном урегулировании в Москве сохраняется  убежденность в том, что только коллективные усилия могут принести реальные плоды. В то же время динамика развития ситуации в Палестине может стать необратимой. Как сказал мне на условиях анонимности видный российский дипломат, «можно лишь выразить сожаление по поводу того, что Махмуд Аббас складывает все яйца в одну корзину – американскую».

Вероятно,  понимая эти настроенния, на днях в России с визитом побывал Махмуд Аббас, который 23 января был принят президентом Владимиром Путиным. Возможно, результатом визита станет активизация российского участия в палестино-израильском урегулировании.