РОССИЯ / БЛИЖНИЙ ВОСТОК

Почему Украина важна для Ближнего Востока

By
p
Article Summary
Почему Украина важна для Ближнего Востока

Между Россией и Америкой наступает новая фаза. 25 лет уверений в том, что холодная война закончилась, а Россия и США больше не враги, завершаются откровенным политическим противостоянием по поводу Украины. Намерение Вашингтона ввести санкции против России грозит радикально изменить не только атмосферу отношений, но и характер взаимодействия. Оно и так в последние год-два было в основном вынужденным, там, где никак не избежать – Сирия, Афганистан, Иран. Другой повестки дня с того момента, как было ратифицировано соглашение new Start и Россия вступила в ВТО, не осталось.

            Украина – вопрос для России принципиальный, не сравнимый ни с каким другим. Как написал на днях российский консервативный журнал «Эксперт», «дальше отступать некуда… Сохранение нашего присутствия на Украине значит для России куда больше, чем проведение «Большой Восьмерки» в Сочи и даже само членство в этой организации». Помимо культурно-исторических и военно-стратегических причин, по которым Украина крайне важна для Москвы, эта коллизия – кульминация политики четверти века.

В восприятии большинства населения и немалой части российского истеблишмента все это время (ну или большую его часть) страна отступала, вынуждена была оставлять геополитические позиции. Сначала из-за нараставшей слабости, потом из-за обвала 1991 года и последовавшего за ним глубочайшего кризиса, потом из осторожности и в надежде добиться «большой сделки» с Западом дипломатическими и экономическими методами. По распространенному в России представлению все это закончилось неудачей, поскольку ни Америка, ни Европа «по-хорошему» не собираются признавать Россию в качестве равноправного партнера. Они, уверен Владимир Путин, понимают только жесткость и силу, как это случилось в 2008 году. Тогда, несмотря на всеобщее возмущение войной на Кавказе, реальных санкций введено не было, зато вопрос о приеме в НАТО Украины и Грузии с повестки дня был снят.

Падение режима Виктора Януковича и наступивший после него хаос в Киеве означал перспективу того, что будущее украинское государство будет использовано для того, чтобы взять реванш за предыдущие неудачи западной политики. Не случайно все хором отмечали беспрецедентные достижения российской дипломатии в 2013 году. Путин посчитал, что издержки, связанные с вмешательством на этой стадии, будут ниже, чем риски, с которыми столкнется Россия в случае, если на Украине при поддержке Запада будет строиться намного более националистическое и, естественно, ориентированное на евро-атлантический проект государство.

Как бы то ни было, сейчас дело уже не в Украине, перспективы которой крайне туманны, а в том, как в новом контексте изменятся российско-американские отношения.

Санкции не возвращают ситуацию к холодной войне – тогда санкций такого рода сверхдержавы не вводили. Было просто параллельное и мало связанное друг с другом существование по разным принципам, и ограничения, встроенные в саму логику противостояния. Сейчас предупреждения Вашингтона переводят отношения в совсем другие рамки – действия США и их союзников против неугодных им лидеров Югославии, Ирака, Ливии, Сирии и пр. Москва всегда принципиально выступала против санкций как международного инструмента: во-первых, они не достигают нужного результата, во-вторых, запускают механизм давления, финальной точкой которого является военное вмешательство. Расположение же российского руководителя в ряду «вождей-изгоев» крайне оскорбительно и, неизбежно, вызовет резкую реакцию.

Владимир Путин относится к тому типу политиков, которые ничего не забывают и ничего не оставляют без ответа. Это наблюдалось многократно и на разных уровнях. Начиная от активизации военно-технического сотрудничества с Венесуэлой (прямо под боком США) именно в тот момент, когда Вашингтон превращал Грузию (граничит с Россией) в своего союзника. И заканчивая симметричными инцидентами с дипломатами. При этом у Путина есть свое и очень четкое представление о масштабах ответных действий и о том, какие границы нежелательно переходить.

На Ближнем Востоке, где российско-американское взаимодействие наиболее активно, возможны два вида последствий – краткосрочные и более фундаментальные. В краткосрочном плане Россия, скорее всего, резко снизит интерес к сирийскому урегулированию, тем более что официальный Дамаск неохотно и в ответ на довольно сильное российское давление вообще соглашается на продолжение переговоров. Военно-политическая обстановка в Сирии позволяет Башару Асаду надеяться если и не на победу, то на длительное сохранение нынешнего баланса. Москва просто перестанет воздействовать на него, убеждая в необходимости дипломатии, но продолжит при необходимости пополнять его арсеналы, чтобы поддерживать баланс сил. Вывоз химического оружия, вероятнее всего, никак не будет заторможен, поскольку это реализация идеи Путина, к тому же срыв плана резко обострит всю обстановку.

Сотрудничество по Афганистану, точнее содействие в выводе американских войск из этой страны транзитом через Россию – вопрос намного более сложный. В августе 2008 года, когда из-за войны России с Грузией были заморожены отношения Москвы с НАТО, а политическая обстановка резко обострилась, стороны сознательно не затрагивали тему афганского транзита. Тогда речь шла о перевозках в Афганистан. Также Владимир Путин полностью проигнорировал протесты внутри страны, когда решался вопрос о предоставлении НАТО промежуточного аэродрома в российском городе Ульяновск (по интересному совпадению – родина Владимира Ленина). Российский президент всегда – с момента начала в 2001 году афганской операции, которую Москва тогда активно поддержала, считал эту тему важной для России. И не подлежащей переменам конъюнктуры. Сейчас может получиться иначе, хотя есть разные возможности. Все будет зависеть от степени американских санкций, насколько они будут демонстративными и обидными. В Кремле понимают, что в крайнем случае США обойдутся без северного маршрута, но это обойдется дороже и потребует от Вашингтона немалых дипломатических усилий в контактах с Пакистаном.

Иран – наиболее интересная тема. В Москве уже сейчас хватает голосов о том, что наметившееся сближение Тегерана и Вашингтона вредно для российских интересов. Россия не будет препятствовать дипломатическому процессу, начавшемуся прошлой осенью, но постарается расположить к себе Иран предложениями намного более тесной стратегической кооперации. В Иране давно говорят, что Россия неискренна, когда рассуждает о желании дружить с Тегераном, потому что в конечном итоге всегда оглядывается на Вашингтон. Сейчас появляется шанс на то, что Москва перестанет это делать и возьмет курс на более близкие и обширные контакты с Ираном. Естественным ходом представляется активизация военно-технического сотрудничества, которое было омрачено отказом от поставок систем С-300 при президенте Медведеве. Российско-иранское взаимодействие сильно укрепилось из-за Сирии, но конфликт Москвы с Вашингтоном может толкнуть к институциональному развитию этого сотрудничества.

Вообще, серьезное противостояние с России и Соединенных Штатов обещает значительно перекроить геополитический баланс Ближнего и Среднего Востока. За последние три года Москва набрала там немало очков – опять-таки благодаря последовательной и неуступчивой позиции по Сирии и осторожному отношению к революциям. До последнего времени Россия по сути не пыталась капитализировать эти достижения, ограничиваясь стремлением расширить рынки. Однако столкновение из-за Украины может заставить Россию проводить более активный антиамериканский курс в регионе, тем более что многие страны там и так весьма раздражены странными зигзагами США.

Возможна и координация действий с Китаем. Пекин нельзя отнести к союзникам Москвы, на украинскую коллизию он смотрит с большой осторожностью. Однако КНР понимает, что провал России на Украине и распространение туда западного влияния может сместить общий баланс в пользу Соединенных Штатов и ослабить роль России как противовеса. Поэтому Китай может воспользоваться моментом, чтобы укрепить военно-политические контакты с Москвой, в частности, на Ближнем Востоке, в котором Пекин крайне заинтересован.

Отдельная тема – роль Турции. Крым, из-за которого сейчас кипят главные страсти, исторически (до последней четверти XVIII века) находился под владычеством или влиянием Турции. Населявшие полуостров крымские татары всегда поддерживали связи с соседней страной (там живет их крупная диаспора), а когда Крым стал частью независимой Украины турецкое влияние стало там быстро расти. Не случайно сразу после начала кризиса в Анкару отправился председатель российской Государственной думы Сергей Нарышкин – Москва важно, чтобы турецкие власти сохраняли нейтралитет в конфликте вокруг Крыма. Между тем Турция может попытаться использовать ситуацию в своих интересах. Тем более что на ближневосточном направлении у Анкары дела идут неблестяще, а премьер Эрдоган переживает тяжелый политический кризис, и отвлечь внимание публики на что-то внешнее было бы очень вовремя.

Украина – наиболее острый международный кризис с участием России после конца холодной войны. И дело даже не в стратегической значимости этой страны. Просто конфликт из-за психологически очень важной для Москвы страны происходит в тот момент, когда прежний мировой порядок окончательно перестал функционировать, а новый вот-вот начнет возникать. Так что Киев, сам того не желая, стал развилкой мировой истории.

Continue reading this article by registering at no cost and get unlimited access to:

  • The award-winning Middle East Lobbying - The Influence Game
  • Archived articles
  • Exclusive events
  • The Week in Review
  • Lobbying newsletter delivered weekly
Found in: united states, syria, russia, geopolitics, foreign policy, cold war

Федор Лукьянов является обозревателем для "Al-Monitor" , редактором журнала "Россия в глобальной политике", председателем Совета по внешней и оборонной политике и членом российского Совета по международным делам.

x

The website uses cookies and similar technologies to track browsing behavior for adapting the website to the user, for delivering our services, for market research, and for advertising. Detailed information, including the right to withdraw consent, can be found in our Privacy Policy. To view our Privacy Policy in full, click here. By using our site, you agree to these terms.

Accept